В 2025 году в Центре «Зотов» прошла кинолаборатория «личная История» по работе с личными архивами, результатом которой стали восемь короткометражных фильмов. Память в них осмысляется как процессуальное, подвижное и неустойчивое явление, где личное непрерывно резонирует с коллективным и историческим.
Ключевым аспектом лаборатории стало взаимодействие с различными типами частных архивов, не входящих в категорию государственных или институциональных. В лаборатории приняли участие режиссеры и художники, работающие с движущимся изображением под кураторством исследовательницы архивов и художницы Дины Караман.
Владимир Кондрашов
Руководство по работе с оцифрованным архивом
Видеоработа «Руководство по работе с оцифрованным архивом» строится вокруг одной поездки на велосипеде — от дома автора до дома родного дедушки, который должен передать ему кассеты из личного архива для оцифровки. В то время как визуальная часть полностью сосредоточена на медиатативном кручении колес, нарратив отслаивается от изображения. Монолог автора о его попытках всячески взаимодействовать с архивным изображением для создания фильма перемешивается со случайными аудиообрывками самого архива.
Амалия Пртавян
Райский сад
Проект «Райский сад» посвящен памяти о жизни моей семьи в Армении в 1990-е, так называемые «Темные годы». В эти годы в Армении отсутствовала электроэнергия, а значит, в домах не было тепла и света. В фильме используется архивная семейная съемка, которая велась в Армении в те годы. Она не отражает катастрофическое положение дел и фокусирует внимание на любви, заботе и ярко залитом солнце саде. С помощью этого фильма я возвращаю себе память об утерянном саде и пытаюсь подсветить то, что забыто.
Лена Скрипкина
Настоящая буря, настоящий прах
Маленькая открытка — маршрут, составленный по фрагментами памяти альбома, привезенного из Индии и купленного на блошином рынке.Сделал эти фотокарточки советский архитектор, который построил древний анонимный город, где до сих пор священен каждый цветок.
Дима Лукьянов
Глаза без Лиц
«Глаза без Лиц» — собранное из личных архивов исследование фотографической памяти многих поколений советских людей, которое говорит через поэтический диалог между матерью и сыном, которые так и не увидели друг друга.
Мария Семенова
Что ты пела пока я спала
«Что ты пела пока я спала» — это прикосновение к прошлому через
дореволюционный архив прабабушки, ровесницы ХХ века. Руки наощупь входят в темную, вязкую толщу времени. Бездна отзывается, и чужое настоящее звучит внутри меня. Наши голоса сливаются, и песня вырывается из забвения.
Зося Родкевич
Любование
В этот фильме я рассматриваю VHS-архивы, снятые в 1996 году моей мамой и ее другом. Oни тогда учились у Бориса Юхананова и много экспериментировали с камерой, пробуя ее на ощупь, как продолжение взгляда и тела.
Наслаждаясь выкрученными vhs-цветами, такими же яркими как из настоящего дня, кажется было ярким само детство. Я пытаюсь разглядеть момент, когда человек начинает мыслить камерой. Меня интересует запечатленное чудо формирования в себе документалиста, благодаря тому, что человек за камерой поддерживающий и внимательный.
Из многих часов я выбираю отдельные эпизоды, которые мне особенно дороги, и смотрю на них через оптику треугольника «снимающий — снимаемый — камера». Камера здесь никогда не бывает нейтральной. Она вмешивается, провоцирует, создает пространство игры. Иногда между тремя вершинами этого треугольника возникает едва заметное напряжение — что-то вроде магии. Повторами этих мест я запускаю рефлексию, но не трактовку, а скорее поэзию мерцания.
В этих записях есть ощущение тайны, как в детстве, когда строишь домик из одеяла и залезаешь внутрь с фонариком. Это место одновременно безопасное и рискованное, игровое и почти экстремальное. Камера здесь становится способом попасть в такое укрытие, где можно позволить себе делать что-то странное, но чувственное. Автобиографический мостик в хрупкое состояние между документом и игрой. Возможно ли сохранить это нежное доверие, не разрушая его желанием всё объяснить?
Алиса Сафиуллина
СМП-340
Работая с архивом, я наблюдаю, как документальная память вступает в противоречие с личной — это ощущение смещения и подмены порождает сложную систему искажений, напоминающую сновидение. Мне интересно наблюдать, как слои памяти переплетаются, стирают друг друга, перезаписывают и образуют новые смыслы.
Настя Николаенко
Ни смыт, ни обесцвечен
В фильме фотолаборатория выступает в качестве пространства трансформации и контроля. В ней идет печать слайдов, которые принадлежали моему дедушке анестезиологу. Процессы проявки пленки и аналоговой печати сопоставляются с операционным столом и больничными коридорами: ощущение стерильности и технологичности между врачебным делом и хобби, которое не менее требовательно к четкому алгоритму.
